Просмотров: 309324 Теги Павел Кашин
Предыдущая Следующая

* Американский автор-исполнитель, в прошлом лидер декадентской группы -Бархатное подполье-, одной из провозвестнки панк-рока.

жизни я услышал имя Лу Рида из»уст отечественного рок-музыканта. Это интриговало, и вопрос был решен: «Все в порядке, Борис, покупайте билеты...»

На сцену вышло шесть человек лет двадцати пяти — двадцати шести: Боря с гитарой, ритм-секция, виолончелист, флейтист и фаготист. Одеты были они довольно мило и неряшливо — старые джинсы, майки, мятые пиджаки. На сцене держались свободно — хихикали, пританцовывали, о чем-то болтали друг с другом. Когда певец, настроив гитару,


-Сиполи», Мартин Браун — второй справа


надел узкие черные очки, зал затаил дыхание: все это становилось похожим на пресловутый «панк»... «Наш ансамбль состоит при Доме культуры металлического завода. Мы играем для рабочих. И им эта музыка нравится» — с этого предисловия началось выступление. Теперь можно было загибать пальцы и считать влияния: «разговорный» диланов-ский фолк-рок и грациозные1 песенки в духе Кэта Стивенса, изматывающий монотонный рок а-ля «Бархатное подполье» и психоделические Заппаобразные скетчи... Даже одна замечательная мелодичная средневековая баллада на оригинальные стихи Томаса Мэл-лори. Я сразу распознал братьев по духу: на сцене толпилась группа просвещенных рок-фанов, и это было прекрасно. Ибо их откровенная эклектика казалась намного веселее и позитивнее, чем строгая глухота большинства рок-групп. «Аквариум» открывал новый мир массе людей (включая музыкантов), которая имела более чем смутные представ-


ления о той части рока, что находилась за пределами сферы влияния «Битлз» и «прогрессивного рока». Но еще важнее было другое — слова песен. С одной стороны, они были талантливы и поэтично написаны, не хуже, чем у Макаревича. Множество красивых образов вроде:

«Мне кажется, я узнаю себя В том мальчике, читающем стихи. Он стрелки сжал рукой, Чтоб не кончалась ночь, И кровь течет с руки».

С другой — они были больше похожи именно на рок-лирику, так, как я ее понимал: приземленную, ироничную, с нормальными разговорными речевыми оборотами. Первым, что «Аквариум» спел, был «Блюз простого человека»:

«Вчера я шел домой, Кругом была весна. Его я встретил на углу И в нем не понял ни хрена. Спросил он быть или не быть? А я сказал: иди ты на!..»

Ого! Грубоватый слэнг Гребенщикова услаждал слух, как хор ангелов. Наконец-то я слышал по-русски то, о чем так давно читал по-английски. Конечно, влияния — Дилана, Рида, Моррисона — были вновь достаточно очевидны, но это были правильные влияния! «Аквариум» закончил выступление песней «Видел ли ты летающую тарелку?» с финальной фразой:


Предыдущая Следующая
Автор статьи Дата создание новости 7-06-2010, 12:48 Коментарии (5)